Свидание с жизнью вслепую  - Салия Кахаватте

«Что тебе не нравится? Ты все равно живешь как одиночка», – кричала Лаура. Я был раздавлен.

По желанию работодателя я проводил семинары, на которых делился своими знаниями из области энологии. Мое выдающееся чутье способствовало тому, что я все увереннее чувствовал себя в мире вин. Я обнаружил, что при продаже вин талантливо поставленный спектакль приносит больший успех, чем фундаментальные знания. «Вино какой страны вы желаете?» – спрашивал я какую-нибудь пару. Предпочтения мужчин оказывались самыми разными. Дамы обычно называли местность, где провели последний отпуск. «Летом мы отдыхали на озере Гарда. Это была чудесная поездка!» – типичный ответ. Разумеется, желание дам я исполнял в первую очередь. Если гости заказывали рыбные блюда, я рекомендовал им «Пино Гриджио» из Трентино и описывал фантастический вид с виноградника на озеро Гарда. В девяноста девяти процентах случаев пара со мной соглашалась, и вино приходилось им по вкусу.

В баре ко мне приставили помощника, чтобы я меньше отвлекался от гостей. Я обрадовался этому. Кроме того, это было оправдано, так как по сравнению с затратными блюдами благородные вина приносили значительно больше денег. Мои речи становились все более живописными и обрастали подробностями. Я рассказывал гостям историю виноградника и самого вина, говорил о дочерях виноградаря, расписывал, как раскрывается винный букет, когда первичный изысканно-фруктовый аромат соединяется с вторичным кокосовым или нежным карамельным. Самой популярной была история о вине «Гроулинг Фрог»: «Так называется лягушка, издающая звук, похожий на рычание собаки. Вид на грани вымирания, но, тем не менее, здравствует и активно размножается в болотах Южной Австралии.

Неподалеку от мест их обитания бурно растет виноград, из которого изготавливают этот изысканный напиток. Взгляните, как выглядит рычащая лягушка». Во время повествования я нащупывал этикетку и показывал гостям изображенную на ней лягушку, которую никогда не видел сам. «Гроулинг Фрог» стало ходовым товаром в ресторане. Многие завсегдатаи даже отказывались заглядывать в винную карту, а, только завидев меня, кричали: «Принесите, пожалуйста, лягушачье вино!»

Разумеется, среди клиентов попадались и истинные знатоки. Я определял их по тону и выбору слов. Однажды я попал в щекотливую ситуацию. Один из таких экспертов захотел пофилософствовать со мной на тему вина. При этом перед ним лежала открытая винная карта – я едва слышал, как он водит по ней пальцем, указывая на что-то. За долгие годы слепоты я по опыту знал, что единственное спасение – повторять за гостем то, что он говорит.

«Достойный выбор. Вино 1994 года, слегка необычное. Такое же 93-го – бархатистое, с древесными нотками. Оно лучше на вкус, чем обязано столетней выдержке», – выпалил я, понятия не имея, о каком вине идет речь. Вскоре этот господин опубликовал в крупной немецкой газете статью, в которой хвалил качество наших блюд и напитков, а также индивидуальный подход в обслуживании гостей и компетентность персонала.

Весной 1999-го одна приятная молодая женщина на удивление часто стала появляться в ресторане без сопровождения и обычно садилась у барной стойки. Коллеги поведали мне, что это менеджер одного храма гурмэ в Гамбурге и приходит к кому-то из наших поваров, вместе с кем раньше работала. Вскоре она стала бывать в ресторане уже по нескольку раз в неделю, даже в те дни, когда этот повар не работал. Проходя по залу, я чувствовал на себе ее взгляд. Когда я стоял за стойкой бара, мы обсуждали причуды гостей и пришли к выводу, что многие из моих клиентов бывали и в ее ресторане. Женщина казалась мне чрезвычайно интересной. В ее голосе было что-то манящее, магическое. Когда она в очередной раз заглянула к нам в поздний час, один коллега прошептал мне на ухо: «Поздравляю, Сали. Твоя поклонница, как всегда, самая красивая гостья вечера». Ее звали Тина. Мы стали встречаться.

Незадолго до этого я выехал из дома с привидениями и поселился в маленькой квартирке прямо рядом с работой. Поэтому было очевидно, почему у меня нет машины. Если Тина хотела сходить вместе куда-нибудь поесть, я всегда находил способ склонить ее к китайскому ресторанчику, где раньше постоянно бывал с Лаурой. Там я знал меню как свои пять пальцев.